В.Е. Сосульников

ПРИРОЖДЕННЫЙ РУКОВОДИТЕЛЬ

Владислав Павлович был, на мой взгляд, незаурядным человеком. Мало кому из руководителей удается создать внутри коллектива такие чистосердчечные, уважительные и вместе с тем деловые отношения. Случалось, В.П. устраивал "нагоняй" или "разнос", когда замечал какое-то разгильдяйство, - этого его душа не выносила. Но я не могу припомнить, чтобы он обидел подчиненного грубым словом или несправедливым замечанием, затаил зло. Люди это ценили, как и другие черты В.П: он никогда не давал пустых обещаний, всегда поддерживал инициативу "снизу", новые начинания... Прирожденный руководитель, он никогда не выпячивался, не подчеркивал своего руководящего положения, хотя, чаще всего, его слово было решающим. Когда возникали напряженные ситуации, мог разрядить обстановку остроумной шуткой. Если страсти накалялись до предела, умел тактично направить дискуссию в нужное русло.

Мне довелось быть рядом с Владиславом Павловичем многие годы не только в рабочей обстановке, но и в часы отдыха. Была у нас и общая любовь - к рыбалке. Вспоминается, как отправились однажды на его моторной лодке в половине пятого утра на реку Медведицу. Прекрасная погода, предвкушение удачного улова. И вдруг В.П. неожиданно причаливает к берегу и начинает что-то чертить на песке: "Рубин, кажется, неправильно посчитал!" Оказывается, даже по дороге на рыбалку Саранцев продолжал в голове проверять расчеты теоретиков и обнаружил в них какую-то ошибку. К 7.30 наша рыбалка закончилась, так и не начавшись - В.П. уже сидел вместе с Рубиным за расчетами. Как истинный экспериментатор, он ничего не принимал на веру и старался вникнуть во все детали.

Когда шло строительство ускорительного комплекса, мне не раз вместе с Владиславом Павловичем приходилось ездить в Государственный строительно-проектный институт и другие учреждения согласовывать проектную документацию, Чертежи, казалось, были еще "горячими", дымились в наших руках - нигде, никогда до этого ускорительный комплекс такими ударными темпами не строился. К решению строительных проблем Саранцев привлек даже наших математиков. Юра Обухов взялся рассчитать график строительных работ. Создание линейного ускорителя совпало по времени с сооружением в Ульяновске мемориального комплекса к 100-летию со дня рождения Ленина. И я собственными ушами слышал, как убедительно Владислав Павлович разъяснял в разных инстанциях суть коллективного метода ускорения, добиваясь первостепенного внимания к проектам ОНМУ. И академик Николай Николаевич Боголюбов, директор ОИЯИ, и административный директор Виктор Леонидович Карповский относились к Саранцеву с большим уважением, доверяли ему во всем, всячески содействовали.

...Почти полгода прожил я тогда в Москве, у мамы, выполняя поручения Саранцева, потому что всё практически надо было "выбивать" - материалы, оборудование. Стеклотекстолит тогда в первую очередь шел на атомоход "Ленин", а нам он тоже был необходим - несмотря ни на что "пробили", доставили в Дубну. Приходилось мне использовать и свои "партизанские связи", действовать даже через Министерство обороны, будучи уверенным, что В.П. такие действия одобрит.

Головная часть ускорителя делалась в Ленинграде, а когда ее привезли в Дубну и началась сборка, то Саранцев буквально сутками не уходил с площадки, сам лично руководил настройкой пучка, контролировал работу всех служб. Владислав Павлович не любил, когда кто-то бросал начатое дело, оставляя "на завтра", - он этого не признавал. Всегда старался помочь выйти из тупика, узнать, что для этого надо: новый прибор или какие-то материалы... Таких сотрудников, кто в шесть часов вечера "брал шапку в охапку" и отправлялся домой или "к теще на блины", в нашем отделе практически не было. Если во время ночной смены случались какие-то нештатные ситуации, В.П. просил звонить ему домой немедленно - тут же садился на велосипед и через 10-15 минут был на площадке. Рядом с ним попросту не замечали усталости - так он умел всех вдохновлять, зажигать собственным примером.

Никогда не забуду, как на моем 50-летии Саранцев читал стихи Константина Симонова: "Ты помнишь, Алеша, дороги Смолнещины..." Я ни разу не слышал, чтобы так проникновенно звучали симоновские строки у кого-нибудь из артистов. Мои друзья, с которыми я во время войны был в партизанском отряде, устроили настоящую овацию: дружно и долго аплодировали стоя. О войне В.П. знал не понаслышке. Ведь когда она началась, Слава жил в Сталинграде. Он рассказывал мне, как ему, пацану, приходилось не раз пролезать на берег Волги через канализационную трубу с веревкой в руках, чтобы потом по ней можно было перетянуть для солдат бачки с пищей. Во время Сталинградского сражения в трубах, на глубине двух-трех метров под землей укрывались мирные жители, не успевшие уехать из города...

Владислав Павлович с огромным уважением относился к фронтовикам, и всем участникам войны, работавшим в ОНМУ, давали квартиры, улучшали жилищные условия в первую очередь. О Саранцеве как о руководителе можно сказать совсем коротко и ясно: он умел отстаивать интересы всего коллектива и своих подчиненных, нацеливать людей на конечный результат, не скрывал от них трудности. Благодаря его организаторским способностям коллектив прочно встал на ноги, созрел, возмужал. О таких людях, как Владислав Павлович, не забывают.

СОСУЛЬНИКОВ Владимир Егорович - работал в ОИЯИ с 1955 года, начальником цеха в отделе главного механика Лаборатории высоких энергий, старшим инженером, заместителем начальника ОНМУ по общим вопросам.