Г.Д. Ширков

ЕГО ПОДДЕРЖКУ ОЩУЩАЛ ВСЕГДА

В МОЕЙ научной судьбе Владислав Павлович сыграл определяющую роль, хотя мой приход на работу в Отдел новых методов ускорения ровно 25 лет тому назад можно считать событием совершенно случайный. Но это тот самый счастливый случай, который изменил мою судьбу. Поэтому мне хотелось бы о нем сейчас рассказать.

После защиты диплома на кафедре квантовой статистики на физфаке МГУ я получил распределение на работу в Арзамас-16 (ныне город Саров). Оформление в организации подобного рода в те времена длилось очень долго, и я по этой причине вынужденно оставался безработным. На мои еженедельные звонки в Арзамас отвечали одно и то же: "Ждите..." А я уже был женат, сидеть на шее родителей не хотелось, поэтому решил объехать все физические центры Подмосковья, но - безрезультатно. Вот тогда я и решился позвонить Владиславу Павловичу, которого, вообще-то знал давно - мы жили по соседству, да и студентом во время каникул работал в ОНМУ лаборантом (но о физике ускорителей, занимаясь на кафедре Н.Н. Боголюбова, даже и не помышлял). Владислав Павлович вошел в мое положение и нашел возможность принять меня на два месяца.

Попал я в сектор к Э.А. Перельштейну и сразу увлекся работой, которой занимались теоретики. Основы коллективного метода тогда уже были заложены - начиналась экспериментальная работа, и расчетных задач, которыми мне надо было заниматься, было много... В общем, к тому времени, когда, наконец, зимой 1977 года пришло разрешение приступить к работе в Арзамасе, я уже "прижился" в ОНМУ... Поэтому я считаю, что мне здорово повезло - Саранцев в сложный для меня момент протянул руку помощи, а такой эрудированный и квалифицированный специалист как Перельштейн стал моим непосредственным руководителем и учителем.

Когда мой статус в отделе определился, то передо мной была поставлена задача образования и накопления ионов в электронных кольцах коллективного ускорителя. Сходными задачами я фактически занимаюсь до сих пор, изучая проблемы источников многозарядных ионов. На первых порах моей работы мы часто беседовали с Владиславом Павловичем, обсуждая эту проблему со всех сторон. У нас даже есть совместные заявки на изобретения, которые впоследствии удалось реализовать на коллективном ускорителе. Для меня эти встречи были неоценимы - они послужили успешным стартом на пути к кандидатской диссертации, которую я довольно скоро защитил, стали основой всей моей дальнейшей научной карьеры. Владислав Павлович всю информацию схватывал буквально на лету, в любую проблему стремился внести свою идею, всегда был открыт для дискуссий. Я обязан ему и тем, что он поддержал меня в 1993 году и с защитой докторской диссертации, которая оказалась для многих неожиданной, и вообще тому, что с его легкой руки я довольно рано "пустился в свободное плавание"....

Хотя в полной мере идеи коллективного метода ускорения реализовать не удалось - задача оказалась гораздо сложнее, чем казалось в начале ее осуществления - ускорительная база, созданная для этой цели, оставалась незаменимой для исследования многих других проблем, в том числе для получения высокозарядных ионов и определения предельных параметров электронно-ионных колец. Владислав Павлович всячески поддерживал эту идею, считая, что в ходе ее разработки могут появиться какие-то новые возможности и для коллективного метода, и для каких-то смежных задач атомной физики. И это его научное предвидение подтвердилось уже в конце 80-х годов - начале 90-х годов, когда нам вместе с А.П. Сумбаевым удалось получить рекордные параметры электронных колец - сжать кольцо до радиуса 2 см и удерживать его в магнитном поле до 100 млсек. (проект ERIS). Таким образом время жизни электронных колец было увеличено примерно в 30 раз, а его размеры уменьшены вдвое, что позволило зарегистрировать рентгеновское характеристическое излучение ионов, накопленных в электронном кольце. Хочу заметить, что эти важные результаты были получены в то время, когда финансирование научных проектов свелось практически к минимуму, но наши работы продолжались благодаря постоянной поддержке Владислава Павловича.

Не уверен, уместно ли сейчас упомянуть об одном критическом эпизоде из жизни Владислава Павловича, когда я совершенно случайно оказался с ним рядом. Это произошло в 1993 году, мы летели с Владиславом Павловичем в Женеву - он на конференцию, я - в длительную командировку. Еще во время полета он чувствовал себя неважно, но никакого беспокойства по этому поводу не высказывал. А через пару дней, когда мы с Колей Зиминым встретили его, то сразу поняли: надо принимать срочные меры. Однако, к нашему удивлению (и возмущению тоже) в Российской миссии при ООН никакой медицинской помощи Владиславу Павловичу не оказали - у него не было страхового полиса. Я позвонил представителю ОИЯИ в ЦЕРН Геннадию Алексееву и сказал, что нельзя больше терять время, и поэтому мы везем Владислава Павловича, несмотря ни на что, в госпиталь "Де ля Тур". К счастью, тогда всё обошлось - Владиславу Павловичу оказали необходимую в случае микроинсульта помощь, а Геннадию удалось задним числом оформить злополучную страховку... Меня тогда поразило поведение Владислава Павловича. Он не проявлял никакой тревоги, не жаловался, не утруждал никого никакими просьбами, проявляя сильную волю и мужество.

Особая тема - отношение Владислава Павловича к молодежи. Совет молодых ученых и специалистов ОНМУ первым в Институте начал проводить выездные Школы на Липне, и начальник отдела в неформальной обстановке, которая всегда царила на школах, всегда был душой молодежной компании, всё крутилось вокруг него, никто не ощущал разницы в возрасте, служебной дистанции. Любое начинание совета молодых ученых - касалось ли оно организации творческих конкурсов, системы поощрения победителей - находило у Владислава Павловича безоговорочную поддержку. Он лучше других понимал, как важны для молодых физиков и инженеров стимулы роста.

ШИРКОВ Григорий Дмитриевич - и.о. начальника научно-экспериментального отдела ускорительных систем Лаборатории физики частиц ОИЯИ, доктор физико-математических наук, зам. председателя Научного совета по ускорителям заряженных частиц РАН.